Тибетская культура — яркие краски Тибета

Искусство Тибета

Тибет долгое время сохранял свою независимость, и только в середине 20 века он оказался под властью Китая. Несмотря на это тибетская культура тесно связана с индийской и китайской культурами. В древнем Тибете жили племена кочевых народов, среди которых господствовала религия бон, основанная на принципах шаманства и поклонения духам. Поэтому в искусстве того времени преобладают анималистические мотивы. Позже под влияние монахов из Индии на территорию государства проник буддизм, который оказал сильное влияние на развитие искусства, радикально изменив тем самым его характер.

В Тибете буддизм имеет свою уникальную форму – ламаизм. Ламами тибетцы называют монахов, которые живут в буддистских монастырях, являющихся культурными и образовательными центрами страны. Во главе государства – далай-лама. Благодаря влиянию индийского проповедника Падмасамбхаве, который ввел в религиозную жизнь тибетцев тантризм, пантеон их богов довольно разнообразен. Главным божеством Тибета считается одиннадцатиликий и шестирукий Авалокитешвару, реинкарнациями которого являются далай-ламы. Изначально в произведениях искусства чувствовалось влияние индийской культуры, но позже приоритет получила китайская культура, и в искусстве возникло новое сино-тибетское течение. В связи с этим в Тибет из Китая пришли многие ремесла, а также умение делать шелк и бумагу.

Архитектура Тибета

Об архитектуре культовых сооружений Тибета можно судить по многочисленным монастырям, которые представляют собой целые ансамбли внушительных размеров. Иногда такие монастыри образуют своеобразные города. Тибет находится на нагорье, поэтому здания там гармонично сочетаются с горным рельефом, становясь как бы частью гор. Монастыри принято строить на склоне горы, при этом ступенчатые терассы поднимаются от самого подножья к вершине. За монастырской стеной находятся храмы, кельи монахов, ремесленные мастерские, училище, хранилище рукописей и огромное количество лестниц. Стены монастыря нередко строили в несколько рядов для обеспечения защиты от врагов.

В центре монастыря на вершине горы размещался храм, на плоской крыше которого ставили жалцан. Жалцан является символом буддизма и представляет собой высокий сосуд в форме цилиндра, внутри которого находятся списки молитв. Храм украшали прямоугольными столбами с резными деревянными капителями. Стены и потолок храма покрывали красочными росписями белого, красного, зеленого, синего и желтого цветов. Такие яркие краски особенно торжественно смотрятся в полумраке помещения во время ритуальных богослужений. Для хранения религиозных реликвий рядом с монастырем было принято строить башни ступы чортены и субурганы. Эти каменные башни, построенные в форме бутыли и покрытые золотом и медью, напоминают индийские башни ступы.

Для строительства в Тибете чаще всего использовали каменные блоки из гранита и кирпич, высушенный на солнце, дерево применяли значительно реже. Дома в городе строили из тесаного камня в два либо три этажа с большим количеством окон, расположенных высоко над землей и плоской крышей, поэтому с виду они напоминали крепости. Так как дома находятся в горах, они располагались ступеньками наподобие амфитеатра, образуя единую ритмичную картину. Снаружи дом чаще всего белили, а контуры обводили черной краской. Для украшения своих жилищ тибетцы используют расписной фриз, покрытый красной, коричневой или розовой краской, по фактуре напоминающей бархат. Такой фриз можно встретить на монастырских постройках и храмах, только для его росписи в этом случае применяли золото, драгоценные камни, коралл и бирюзу.

Еще в Тибете строили многоэтажные дворцы, в одном из которых живет далай-лама. Верхний этаж дворца обычно состоит из нескольких павильонов с крышами покрытыми золотом, внутри дворца находятся гробницы и покрытые росписями галереи. Для украшения архитектурных сооружений в Тибете нередко используют пестрые ткани, закрепленные на фасаде зданий и защищающие помещение от солнца и дождя.

Скульптура Тибета

В тибетских монастырях находятся различные ремесленные мастерские, где работают скульпторы, художники-иконописцы, ювелиры, резчики по металлу, кости и дереву. Скульптура в Тибете представлена многочисленными статуями буддийских божеств. Их делали из камня, дерева, бронзы, глины и быстротвердеющей смолы. Бронзовые статуи обычно покрывали золотом, а изваяния из других материалов покрыты яркими красками, инкрустированы кораллом и бирюзой. Зачастую в храмах можно встретить статуи в богатых одеждах щедро украшенные ювелирными изделиями. Еще в горах Тибета можно увидеть высеченные в скалах рельефы, раскрашенные яркими красками и изображающие сцены из жизни буддийских богов. Большое влияние на тибетскую скульптуру оказало искусство эпохи Пала, принесшее с собой умение отливать скульптуры из бронзы и латуни. Такие статуи отличаются сильным тантрическим влиянием и богатой орнаментикой.

Живопись Тибета

О тибетской живописи можно судить по фрескам, украшающим стены монастырей, иконам-тханкам, миниатюрам, встречающимся в древних манускриптах и вертикальным настенным свитками, представляющим собой своеобразные картины, иногда достигающие двадцати метров в высоту. В качестве сюжетов картин в Тибете использовали портреты монахов, образ Будды Шакьямуни, изображения различных буддийских божеств, демонов и народа, слушающего проповеди. Картины рисовали на бумаге, холсте и шелке. Краски использовали яркие без полутонов, иногда в свои работы для усиления эффекта художники добавляли золото и серебро.

Иконы в Тибете принято рисовать по трафарету, а потом раскрашивать красками. Их рисуют монахи на длинных холстах, которые сначала покрывают мелом и клеем, а потом тщательно полируют. Иконы-тханки рисуют с помощью непрозрачных красок, по своей живости напоминающими масляные, они представляют собой своеобразный центральнотибетский стиль живописи. В зависимости от применяемых технических приемов тибетская живопись разделилась на два течения – северо-восточная школа и юго-западная школа. Восточная тибетская живопись использовала китайские традиции, а западная – традиции Непала и Индии. Индо-непальский стиль в тибетском искусстве носит название Петри. В более поздний период тибетские художники стали проявлять интерес к перспективе и пространственности.

Литература Тибета

Первые древние литературные произведения Тибета относятся к религиозной тематике их местной шаманской религии бон. С появлением буддизма на тибетский язык было переведено множество канонических и философских текстов с санскрита, которые объединили в два больших собрания переводной литературы. Эти произведения оказали огромное влияние на формирование тибетской литературы. Также на тибетский язык были переведены поэмы, эпические поэмы и трактат по поэтике. Со временем начали появляться произведения тибетских авторов, к ним относятся сочинения на тему буддизма, прославлявшие его победное шествие по миру, и исторические произведения, к которым относятся царские родословные, родословные настоятелей и родословные родов.

Многие художественные образы и герои в литературу Тибета попали из Индии. Народная тибетская литература представлена сказками, произведениями биографического характера и эпистолярного жанра, песенками-диалогами и сагами с фольклорным уклоном. Большинство таких произведений передавалось из поколения в поколение в устном виде. В Тибете существовала тайная литература, к числу произведений которой относятся тайные тантрические доктрины, тексты, посвященные божественному явлению и чудесные сновидения. Эти книги позволялось читать лишь узкому кругу лиц. В целом тибетская литература характеризуется скупостью в передаче чувств, описания внешности героев и окружающего пейзажа, образ человека в ней всегда идеален.

Декоративно-прикладное искусство Тибета

Прикладное искусство Тибета представлено ворсовыми коврами, различными ювелирными изделиями из драгоценных металлов, меди и железа, оружием, которые принято было украшать чеканным рисунком и драгоценными камнями. Также внимание привлекают металлические сосуды и шкатулки, украшенные резным ажурным орнаментом, роскошные предметы алтарной утвари, некоторые из которых было принято делать из человеческих костей и черепов, украшенных художественной резьбой. Шиваистские культовые статуэтки, фигурки демонов и страшных духов обычно делали из бронзы и меди, а также в «технике утраченного воска», щедро украшая их драгоценными камнями. Все предметы прикладного тибетского искусства отличаются особой роскошью и замысловатым исполнением.

Тибетская культура — яркие краски Тибета

Искусство Тибета

Тибет, расположенный на юго-западе Китая и являющийся его неотъемлемой частью, представляет собой область совершенно своеобразную по своим природным условиям. Он расположен на одном из величайших нагорий земного шара, средняя высота которого 4500 м над уровнем моря. Отсутствие в прошлом путей сообщения, длительные запреты на въезд в страну и недоступность многих районов обусловили малую исследованность Тибета по сравнению с другими частями Китая. До сих пор среди ученых ведутся споры по поводу времени становления феодализма в Тибете, датировка которого колеблется между 7 и 12 вв. н. э.

Наиболее последовательные исторические сведения о Тибете сохранились начиная с 7 в. н. э., когда между ним и Китаем установились прочные политические и культурные связи. К этому же времени относится и проникновение в Тибет буддизма, а также создание письменности, начало изготовления шелка и бумаги. Тибет воспринял от Китая некоторые формы государственного управления, переши многие ремесла. Буддийские монастыри приобрели значительную власть. Старая местная религия Бон, связанная с почитанием духов и шаманством, была оттеснена новой религией.

Начиная с 13 в., когда Тибет вошел в состав Китайского государства, в стране вводится власть жрецов-царей, особенно укрепившаяся в 15 в. В это время монах Цзонкаба объединил все разрозненные буддийские секты и положил начало буддийскому учению — ламаизму. Ламаизм, утвердившийся чрезвычайно прочно на территории Тибета, представлял собой соединение буддизма с местными верованиями, усложненными культом шиваизма в его тантрической форме ( Тантризм — культ божества Шивы и учение о сакральной магии, выросшее еще на основе добуддийских магических обрядов. Его внедрение вызвало в буддийском пантеоне появление многих новых божеств. Основным положением тантризма является достижение единения с высшим божеством путем магических формул и заклинаний.). Ламаизм проповедовал, что люди, исповедующие его учение, могут спастись в небесном раю путем соблюдения всех религиозных законов и почитания божеств и духов, которых местная религия насчитывает огромное количество. Культ бодисатв в Тибете преобладал над культом всех других богов. Спецификой ламаизма явилась разработка ритуалов и обрядов, то есть путей спасения для человечества. Начиная с 16 в. ламайская церковь пользовалась в Тибете неограниченной политической и духовной властью. Почти половину населения страны составляли монахи, жившие в монастырях, представляющих собой целые города с довольно значительным населением. Верховным жрецом и правителем страны являлся далай-лама.

Почти все виды средневекового искусства Тибета связаны с буддийской религией. Длительная стабилизация феодальных устойчивых форм, выработка сложнейших ритуалов и религиозных канонов обусловили известную консервативность тибетского искусства.

С наибольшей яркостью особенности тибетского искусства выявляются в архитектуре, представляющей в то же время весьма самобытный и оригинальный вид творчества. Материалом тибетской архитектуры служит главным образом камень — гранит, в изобилии встречающийся в Тибете, а также высушенный на солнце кирпич и значительно реже дерево. Городские богатые дома возводились из крупного тесаного камня и имеют крепостной облик. Стены зданий чрезвычайно прочны, так как книзу они значительно утолщаются, образуя крутой скат; крыши плоские. Городские дома обычно двух- и трехэтажные, с большим количеством окон прямоугольной формы, расположенных высоко над землей. В центре здания помещается двор, невидимый снаружи и образующий сквозной колодец. Подобные здания, располагаясь в горной местности амфитеатром, производят эстетическое впечатление не только каждое в отдельности, но и определенным ритмом повторения одинаковых, восходящих ярусами простых и строгих геометрических форм. Красочное и орнаментальное оформление зданий также очень просто. Дома белятся, а контуры окон подчас обводятся черной краской. Основное внимание сосредоточивается всегда на верхней части здания, где под самой крышей проходит типичный для Тибета расписной фриз, покрытый розовой, красной и коричневыми красками, по мягкости тона напоминающими бархат. В культовых зданиях подобные фризы украшаются золотом и драгоценными камнями, кораллом и бирюзой. Огромную роль в декоративном оформлении архитектуры Тибета играют ткани, укрепленные на фасаде и предохраняющие помещение от солнца и непогоды. Эти пестрые ткани создают своеобразный декоративный эффект, внося большое разнообразие и динамику в общий облик ансамбля городских построек.


288. Дворец Потала в Лхасе. 16-17 вв. Начало строительства относится к 7 в. Общий вид.

Главным городом — центром всей политической и культурной жизни — является Лхаса (Жилище бога), где сосредоточено большое количество культовых и дворцовых светских сооружений. Лхаса, по историческим данным, основана в 7 в. н. э. царем Сронцзангамбо, выстроившим, по преданиям, основные храмовые и дворцовые здания, на месте которых возведены ныне существующие. Самым значительным архитектурным сооружением является находящийся в километре от города дворец-крепость, резиденция далай-ламы Потала (Дворец второго кормчего). Это гигантское здание, начавшее строиться с 7 в. и возведенное в его современном виде в 10—17 вв., как бы обобщает и концентрирует в себе наиболее типические черты средневековой архитектуры Тибета. Огромный массив зданий, словно вырастающий из вершины скалистой голой горы, занимает в длину около 430 м и представляет собой целый город. Окружающие дворец стены и широкие разветвленные лестницы создают к нему подход и как бы соединяют архитектурный ансамбль с окружающей природой, увеличивая и делая еще более грандиозными его размеры. Однако сам принцип охвата широкого пространства и возведения здания среди природы, столь характерный для Китая, Здесь применен совсем по-особому. Эстстическос впечатление здесь создает поразительный по цельности, могуществу, простоте и суровости форм архитектурный ансамбль, как бы организующий горную вершину, на которой он возведен. Размеры и формы здания словно рассчитаны на гигантов, соответствуя окружающему ландшафту огромных и неприступных гор. Ансамбль заключает в себе несколько различных построек. Белое здание, растянувшееся по всей скале, окружает красный дворец Побран Марпо, вырастающий из него и высящийся над ним, венчая все сооружение. Это здание перекрыто вызолоченными крышами китайского типа, которые, однако, здесь играют иную, чем в Китае, более декоративную роль. Внутри дворца — бесчисленное количество помещений, тронных залов и галлерсй, украшенных стенными росписями. Самое большое святилище занимает в высоту все пространство здания. Интерьер помещения оформлен с поразительной роскошью. Здесь многочисленные резные колотил, расписанные яркими красками, литые из золота статуи, инкрустированные кораллом и бирюзой, ступы и урны, также сделанные из золота, росписи и картины-свитки, украшающие стены здания. Другие дворцовые постройки Тибета, меньшие по размерам, например Храм медицины в Лхасе, также выстроены необычайно живописно на высоких и острых горных вершинах или прижаты к скалам наподобие ласточкиных гнезд.

Культовые постройки Тибета, обрастая многочисленными сооружениями, образуют подчас города с населением до тысячи человек. Монастыри обведены в оборонных целях несколькими кольцами замкнутых стен. Между кольцами стен располагаются в строго иерархическом порядке жилища монахов. Самые храмы находятся в центре, на вершине горы. Окружающие их многочисленные одно-Этажные постройки с плоскими крышами, тесно прижатые друг к другу, образуют чрезвычайно живописную картину. В богатых монастырях таких храмов несколько. При строительстве монастырей применялись строжайшие канонические правила. Главная часть храма обращена на север — местопребывание Будды. Перед храмом располагается большая мощеная площадь, где происходят религиозные танцы и представления. Вход в храм обрамляли два каменных пилона. Крыша украшена буддийскими знаками (газелями, смотрящими на колесо закона, и т. д.). Нижний этаж между пилонами открывается лестницей и рядом колонн, верхний Этаж украшен рядом более частых и мелких колонн, образующих арочки. Внутри храмов расположены высокие помещения, разделенные колоннадой на три нефа. Прямоугольные столбы украшены богатыми резными деревянными капителями в виде китайских доу-гунов. Степы и потолки расписаны очень яркими белыми, красными, синими, желтыми и зелеными красками. В глубине здания в узком помещении располагалось святилище, где в полутьме перед нишами, завешенными тканями и свитками живописи, находятся статуи буддийских святых, окруженные бесчисленным количеством ритуальных предметов. В целом внутренняя и внешняя декоративная отделка помещений монастырей и храмов отличается большой нарядностью, богатством и пышностью.

К культовым сооружениям Тибета относятся так называемые субурганы — бутылеобразные каменные или кирпичные башни, иногда облицованные золотом и медью, представляющие собой нечто среднее между индийскими ступами и пагодами. Эти памятники являлись мемориальными буддийскими сооружениями, мавзолеями, а также служили местом хранения реликвий. Сама архитектура субурганов от подножия до вершины заключала в себе глубоко символический смысл (форма их изображала сосуд для священной воды, диски наверху — тринадцать небес, где располагались бодисатвы). Многообразные по формам башни красиво вписываются в холмистый или пустынный ландшафт Тибета. Самым крупным субурганом является Чодэн-Гоман, или многодверный субурган, выстроенный на прямом пути из Лхасы в Индию.

Величественная и неприступная суровость и лаконизм тибетского зодчества органично сочетаются с дикой и пустынной горной природой страны.

Живопись Тибета, целиком связанная с буддийской догматикой, требует для ознакомления с ее содержанием знания легенд и разнообразных культов. Художниками были монахи — ламы. Само написание картины-иконы производилось как религиозное действие. Для этого выбирались благоприятные дни и часы, а но время работы читались молитвы. Имена художников неизвестны, так же как и даты многих созданных ими произведении. В живописи Тибета своеобразно переплетаются индийские, непальские, китайские и цептралыюазиатские черты, как бы сплавившиеся вместе с собственно тибетским стилем. Великолепная гибкость и четкость линий, виртуозность исполнения и колористическое чутье характёр’и’-зуют необычайные по интенсивности колорита тибетские росписи и иконы.

Исследователи, занимающиеся тибетской живописью, обычно выделяют северо-восточную школу с центром в монастыре Дергэ, в которой проявились китайские традиции, и юго-западную, где сказались традиции Непала и Индии. Из Непала в Тибет перешли многие иконографические принципы. Живопись Лхасы, где складываются более самостоятельные тенденции, рассматривается особо.


289 б. Икона с изображением бодисатвы Падмапани. Фрагмент. 19 в. Живопись на холсте. Москва, Государственный музей восточных культур.

В целом можно сказать, что как фрески, так и живопись на бумаге, шелке, а также наиболее распространенный вид живописи па холсте — таи-ка отличаются строгой каноничностью. Основными и характерными признаками являются: линейный контур, строгая симметрия построения композиции, яркие контрастные краски, Заполняющие контуры без полутонов. В центре живописной композиции всегда помещается буддийское божество, фигура которого не связывается с фоном. По бокам строго симметричная дробная повествовательная композиция, читающаяся посвященными как книга. Яркость и сочность тонов настенной живописи, рассчитанной на полутемное помещение, обычно усиливаются введением золота п серебра. Художник, связанный бесчисленными канонами в изображении центральной композиции, проявлял свою индивидуальность главным образом в изображении фонов. Так, в росписях дворца Потала, относящихся к 17 —18 вв., появляются написанные сочной ярко-зеленой краской китаизированного типа пейзажи, однако значительно более плоские, более яркие и четкие по силуэту. Художник изображает постройку дворца, здания и горы, деревья и цветы. Свою композицию он строит как нарядный ковер, где четкие контуры и красочные пятна создают радостные и чрезвычайно яркие декоративные эффекты, которым способствуют густые, гуашиого типа краски. В этих фонах больших росписей словно смешиваются принципы китайского декоративного пейзажа и миниатюры.

Читайте также:  Ажурное покрывало крючком из круглых мотивов


289 а. Настенная роспись во дворце Потала в Лхасе. Фрагмент 17-18 вв.

Живописные произведения на холсте, висящие в храмах па столбах в виде хоругвей или в простенках между окнами, по большей части исполнялись по трафарету. Холст для написания подготавливался особо, грунтовался мелом и клеем, а затем полировался. Часто роспись исполняли два художника. Один наносил контур по трафарету, другой покрывал его краской. При известной сухости композиции тибетских икон художник н здесь проявляет свою фантазию в подчас микроскопических деталях, которыми он в бесконечных вариантах окружает основное действие. -Это изображения нищих, просящих подаяния, танцующих апсар. Колорит икон глубокий и яркий — зеленый, синий, красный и золотой, объединяющий всю композицию.

В Хара-Хото обнаружены наиболее ранние из тибетских икон 11 — 13 вв., весьма отличных от китайских и во многом близких индийской живописи. Лица божеств па этих изображениях удлиненные, веки полуприкрыты, а брови, как в индийских росписях, изображены высоко поднятыми и пересекающими весь лоб. Начиная с 17 в. вводится китаизированный пейзаж с нежными выписанными розовой краской лотосами н топко прорисованными деревьями, а также близкие Китаю декоративные элементы. Особенно значительно проявляется влияние Китая в живописных произведениях 18 в. В живописи этого времени возникает интерес к прострапственности и перспективе, неизвестным до тех пор.

Скульптура Тибета, так же как и живопись, связана с буддийским культом. В различных местах встречаются высеченные в скалах и раскрашенные яркими красками рельефы с изображением буддийских святых. Однако значительно больший интерес представляют глиняные полихромные скульптуры, помешенные в храмах и представляющие собой портреты царя Сронцзангамбо и его жен, а также многочисленных божеств. Эти яркие скульптуры с характерными и тонко вылепленными лицами стояли на возвышениях. Одетые в драгоценные одежды и покрытые великолепными ювелирными украшениями, они представляют живописное зрелище.

Весьма большое распространение имеет как мелкая, так и крупная бронзовая и медная пластика, богато инкрустированная драгоценными камнями. Небольшие литые бронзовые статуэтки, выполненные в «технике утраченного воска», в большой мере связаны с тантрийскими шиваистскими культами и выполнены непальскими и тибетскими мастерами. р)ти статуэтки, изображающие страшных духов, демопоз и богов, отличаются крайней экспрессией, повышенной динамикой и необузданностью фантазии. Среди культовой скульптуры встречаются и более реалистические изображения монахов и царей, выполненные уже в иной —спокойной и мягкой пластической манере.

Большой экспрессией отличаются и ритуальные маски, употреблявшиеся при представлениях храмовых мистерий.

Прикладное искусство Тибета также связано с культовыми и бытовыми потребностями. Тонкие изделия из металла, изготовленные в Лхасе, служили в основном ритуальным целям. Сосуды из меди и бронзы отличаются большой ювелирной тонкостью. Металлический орнамент, словно кружево, покрывает выпуклую округлую поверхность сосудов, шкатулок и курильниц. Часто на витой растительный мотив орнамента напаиваются узорные выпуклые орнаментальные медальоны, ручки и крышки имеют форму фантастических зверей. Предметы из металла инкрустируются также драгоценными камнями. Изощренная фантазия и большое совершенство характеризует также многочисленные ювелирные предметы и ворсовые ковры.

В целом средневековое искусство Тибета отличается большим многообразием видов и форм, большой художестиенной фантастикой.

Тибетская культура — яркие краски Тибета

На протяжении столетий искусство Тибета развивалось под влиянием в первую очередь индийской, а также китайской культуры. Живопись, архитектура и даже танцы свидетельствуют об огромном влиянии со стороны Индии, Непала и Китая. Культура индийской Империи Пала и непальского королевства Невари просочились в Тибет вместе с культурами Кашмира (Индия) и королевства Кхотан (провинция Синьцзян, Китай).
Практически все элементы тибетского искусства, за исключением некоторых народных ремёсел, черпали вдохновение в буддизме, пришедшем в Тибет из Индии.
Неварский стиль чётко прослеживается в резьбе по дереву древнего храма Джоканг в Лхасе. Кашмирское же влияние отчётливо проявляется в настенной живописи (фрески) Цапаранга в западном Тибете. Влияние китайских архитектурных стилей заметно в монастыре Шалу, неподалёку от Шигадзе. Позднее, собственный тибетский стиль, называемый “Менри” проявил себя в монастырях Дрепунг, Ганден и Сера.

Искусство Тибета было всегда консервативным и чётко следовало традиции. Самовыражение мастеров и новшества не одобрялись, так как считалось, что вольное толкование может чинить препятствия к главной цели искусства — духовному просвещению. Художники Тибета традиционно оставались неизвестными, работали анонимно и без славы.
Использование цветов в искусстве определялось обычаями и жёстким символизмом.

Многое из художественного наследия Тибета пострадало во время Культурной революции. То, что не было разрушено, было вывезено за пределы Китая или на художественный рынок Гонконга. Множество тибетских ремесленников было подвергнуто гонениям.
И только в последние годы, исправляя ошибки прошлого, китайское правительство делает всё возможное для возвращения вывезенных исторических ценностей. За последнее время более тринадцати с половиной тысяч предметов искусства были возвращены в Тибет, а оставшиеся немногочисленные художники и ремесленники смогли снова вернуться к своей работе и начать обучать молодых тибетцев.

Самые ранние религиозные сооружения Тибета, например храм Джоканг в Лхасе, построены в индийском и неварском архитектурных стилях. Многие строения возводились из гранита, кирпича, а иногда из дерева. Особый тибетский стиль проявляется в великолепии храма Кумбум в Гьянгдзе, монастырей Самье и Ташилхунпо, а также во дворце Потала. Однако, возможно самым выдающимся проявлением тибетской архитектуры является чортен (тибетская ступа). Изначально они предназначались для сохранения кремированных останков Будды Шакьямуни. Со временем чортены становятся символом Будды и созданного им учения. Позже их назначение изменилось: чортены стали использовать в качестве усыпальниц для лам и святых. Эта традиция жива и поныне. Великолепный золотой чортен был построен в 1989 г. в монастыре Ташилхунпо для тела Десятого Панчен Ламы.
Характерными чертами городской нерелигиозной архитектуры являются накренённые во внутреннюю сторону стены зданий из прочно подогнанных камней или высушённых на солнце кирпичей. Крыши тибетских домов плоские. В больших сооружениях крыши поддерживаются изнутри деревянными подпорками. Многие дома белят и окаймляют тёмной краской. В сельской местности дома обычно окружены стеной, создающей уютный маленький дворик. В некоторых регионах вход в дом охраняют нарисованные на дверях или стенах скорпионы и свастика. Домом для кочевников служат палатки из ячьей шерсти, называемые бар. Такие палатки достаточно просторны и могут вмещать всю семью. Открытый верх палатки позволяет выходить дыму наружу.

Тибетская живопись сформировалась под сильным влиянием индийской культуры.
Живопись Тибета обычно следует стереотипным формам. В центре произведения располагается большое изображение буддистского божества, окружённого меньшими божествами. Позже главными фигурами стали изображать лам или индийских духовных учителей, а на заднем плане сцены из их жизни. Примерно с ХV в. в тибетской живописи начинает проявляться китайское влияние. Более свободный подход китайской пейзажной живописи позволил некоторым тибетским художникам отойти от формального выражения тибетского религиозного искусства и использовать пейзаж, как декоративное украшение в религиозных изображениях. Но это не означает, что китайское художественное искусство пробудило новое движение в искусстве Тибета. Новые, подверженные китайскому влиянию формы живописи сосуществовали вместе со старыми, во многом потому, что этот вид искусства в Тибете передавался от учителя к ученику.

Особого внимания заслуживает религиозная живопись по шёлку или хлопку с элементами вышивки, называемая тханка. Тханка — это свиток, на котором обычно изображается буддистское божество, знаменитые сцены из истории тибетского буддизма или мандала. Тханка является непальским видом художественного искусства, которое стало развиваться в Тибете после женитьбы царя Сонгцен Гампо на непальской принцессе Бхрикути. Рисование тханки начинается с фона и завершается прорисовкой глаз, которые наносятся во время особого праздника “открытия глаз”. Для тханки используются натуральные красители: синий из ляписа, красный из киновари и жёлтый из серы. Процесс рисования тханки требует от мастера глубокого понимания символики, передаваемой им на холсте.

Литьё из бронзы

Тибетское бронзовое литьё, подобно тибетской живописи, несёт в себе глубоко религиозное значение. Статуи и статуэтки от нескольких сантиметров до нескольких метров обычно представляют изображения божеств и почитаемых лам. Многие маленькие статуэтки полые. Внутри у них могут находиться молитвенные свитки или мощи.
Металлические статуэтки традиционно изготавливаются непальским методом. Сначала фигура вырезается из воска и обмазывается глиной. Затем, когда глина высыхает, фигуру разогревают, чтобы вытопить воск. В образовавшуюся форму заливается жидкий металл, при этом в середину вводится глиняный стержень так, что статуя остаётся полой. Очищенную от глины статую шлифуют, покрывают позолотой или расписывают. Статуэтки в основном изготавливают из бронзы, но иногда они могут быть сделаны даже из сливочного ячьего масла или цампы (мякиша из жареной ячменной муки и тибетского чая), символизирующих временность вещей.

Декоративно-прикладное искусство

Тибет имеет тысячелетнюю историю ковроткачества. Ковры главным образом использовались в качестве чехлов для сидений, покрывал и попон. Как правило, на одном квадратном дюйме ковра насчитывается сто узелков из шерстяных ниток, в результате получается особенно толстый ворс. Секрет великолепия тибетских ковров заключается также в спрядённой вручную овечьей шерсти высокого качества, окрашенной натуральными красителями такими, как индиго, грецкий орех, крапп и ревень. Традиционными центрами ковроткачества считались Гьянгдзе и Шигадзе. Современная индустрия базируется в основном в тибетских общинах Непала.
Другими предметами прикладного искусства являются молитвенные колёса кхор-ло (кхор), ритуальные маски, храмовые рожки, масляные лампы чомэй. Особое внимание привлекают серебряные украшения (серьги, кольца, браслеты), амулет-гау (амулет-минихрам, который носится на шее и содержит фигурку божества или важной духовной личности), богато украшенные палочки для еды и наборы ножей.
Также примечательны тибетские поющие чаши, используемые для медитации и молитв.
Резьба по дереву применяется в производстве ярко раскрашенной тибетской мебели и оконных рам. Однако, многое из того, что можно увидеть в наши дни в Лхасе, сделано тибетцами, живущими в Непале.

Музыка Тибета отражает культурное наследие региона. Являясь одним из аспектов тибетской жизни, она включает в себя религиозные песнопения на тибетском и санскрите, а также фольклор, отражающий повседневную жизнь тибетцев. История развития тибетской музыки уходит корнями в древность к верованию бон и к эпическим сказаниям о народных героях. Со времён распространения буддизма тибетская традиционная музыка и песнопения приобрели особый стиль: возникло речитативное пение, исполняемое низким тембром голоса. Главными ритуальными музыкальными инструментами являются ролмо и силньен (плоские музыкальные тарелки), нга (подвешенные барабаны), дамару (ручные барабаны), дрилбу (колокольчики), дунчен (длинные трубы), канлин (конический гобой) и дункар (раковина).
Для исполнения фольклорных мелодий используются драньен (шестиструнная лютня), пиуан (двухструнная скрипка) и гьюман (китайская цитра).

Любой, кому посчастливится присутствовать на тибетском празднике, сможет увидеть ритуальный танец цам (чам), исполняемый монахами и ламами. Каждый момент и жест танца несут определённое значение и смысл, однако, даже непосвящённый зритель окажется под впечатлением от зрелищности и ярких масок танцоров.
Цам — это священный танец в масках, сопровождаемый игрой на длинных трубах, барабанах и тарелках, уходящий корнями к добуддистскому древнему верованию бон. Главный танцор без маски и в чёрной шляпе — это лама, который окружён монахами в масках, представляющими проявления божеств-хранителей. В основу этого танца положены различные истории, связанные с тибетским буддизмом. Часто исполняемым сюжетом является история царя Лангдармы, пытавшегося искоренить буддизм в Тибете.

Цам часто сопровождается менее значительным представлением лхамо — тибетской оперой. Это более светская форма искусства. Она представляет собой комбинацию танцев и громких песнопений. Тибетскую оперу создал в XIV в. Тангтонг Гьялпо — буддистский учитель, врач, архитектор и поэт. Основные сюжеты для тибетской оперы черпаются из буддистского народного фольклора.

Автор: В. А. Самодум (Бхудэв)

Буддийское искусство

На протяжении 12 столетий буддийское учение оказывало непосредственное влияние на все аспекты культурной жизни Тибета. Это относится к тибетскому искусству, живописи и скульптуре, функция которых заключается в выражении и представлении религиозных тем. Почти всё в тибетском искусстве имеет религиозное значение. В каждом солидном тибетском доме имеется святилище с алтарем и почитаемыми объектами религиозного поклонения, которым ежедневно делаются подношения. Эти религиозные символы являются источником счастья, мира и положительной энергии для всех тех, кто почитает буддийское учение (Дхарму).

Для буддистов объект поклонения это не образ создателя мира и источник счастья на земле. Напротив, они используют внешние объекты, такие как религиозные артефакты, как поддержку или вдохновение для своей духовной практики. В соответствии с буддистским воззрением самым главным в жизни является ум. Если в уме преобладают правильные тенденции и правильное восприятие объектов, которые используются в качестве поддержки для религиозной практики, т.е. если мы воспринимаем их как Будд, то это будет способствовать развитию у нас преданности и других добродетелей. Таким способом практикующий приобретет заслугу и духовную силу.

Почти всё тибетское искусство восходит корнями к буддийскому учению. Оно является поддержкой практики Дхармы и инструментом распространения Дхармы. Буддийское искусство, а в особенности тантрическое искусство, дает нам возможность посмотреть на визуальное воплощение буддизма как такового, на то, как визуально представлен Будда и его поучения.

Тантрическая живопись – это визуальное воплощение тантрических текстов, которые описывают соответствующие практики. Изображения божеств являются персонификацией текстов и практик, которые описываются в этих текстах. По сути тантрическое искусство конденсирует все самые важные моменты буддийских поучений в очень емкий визуальный набор символов.

Божества в тантрической системе не существуют как нечто внешнее. Они являются выражением буддовости, проявлением конкретного буддийского поучения. Эти божества могут быть мирными, полугневными и гневными, многоголовыми и многорукими, и их проявления соответствуют определенному типу тантрического практика. Хотя образы визуально очень яркие, они являются лишь мнемоническими средствами. Например, можно часто встретить изображение божества с четырьмя лицами, символизирующими четыре Брахма-вихары, или Четыре Неизмеримых – любовь, сочувствие, радость и равностность – фундаментальные принципы любой буддийской практики. Четырёхликое божество это лишь один из многих примеров тантрической иконографии.

Когда мы встречаем изображение мужского и женского божеств в союзе, обычно мужское представляет собой феноменальный мир проявления, существования вещей так, как мы его воспринимаем – всё то, что мы слышим, обоняем, осязаем и т.д. Женское представляет собой буддийскую концепцию пустоты (шуньяты) изначально пустую природу всех явлений. Пустота – это то, из чего появляются и куда исчезают все явления. Когда божества находятся в тантрическом союзе, мы имеем единство этих двух принципов, олицетворение недуальности. Союз мужчины и женщины также представляет собой союз сочувствия (или метода) и мудрости. Вот основной пример того, как фундаментальный буддийский принцип содержится и выражается в тантрическом искусстве. Понимание отношений между явлениями и пустотой является центральным в тантрическом буддизме, а практическое переживание этого опыта, а не только интеллектуальное понимание, является сутью практики.

Искусство также помогает нам практически пережить этот опыт. В тантрической практике существуют два вида медитации: «стадия зарождения» и «стадия завершения». Стадия зарождения – это по существу практика визуализации, опорой для которой становятся образы, созданные при помощи искусства. Во время формальной медитационной сессии, которая делается один, два, три или шесть раз в день, визуализируются божества в течение какого-то времени – от пяти минут до часа и больше. Можно воспринимать медитацию как репетицию определенных стадий на пути к просветлению: все самые важные моменты собраны в уме, все стадии, которые нужно пройти, содержатся в нем – ментальные состояния, которые необходимо достичь и негативные эмоциональные состояния, которые нужно преодолеть. Также в течение дня, чем бы мы не занимались, мы можем осуществлять деятельность, демонстрируя качества какого-либо божества.

В буддийском тантрическом искусстве существует так много различных образов, потому что разным типам людей подходят разные образы и метафоры. Кому-то ближе гневное божество, кто-то чувствует склонность к мирному, а иному, более сложному уму подойдет многоуровневый символизм формы Калачакра, со всеми ее шестеренками и колесами, представляющими время.

Итак, искусство – это ключ к практике. В стадии завершения медитации, однако, образы уже не так важны. Она связана с непосредственным опытом переживания абсолютной реальности – будь то Махамудра, Дзогчен или Великий Срединный Путь – без опоры на созданные умом образы.

В истории тибетского искусства существует два периода. Первый период начинается в седьмом веке, а второй в одиннадцатом веке.

С приходом буддизма в Тибет из Индии в седьмом веке исконное тибетское искусство традиции Бон было утеряно. Основным источником тибетского искусства с тех пор стало иконографическое искусство Индии с сильным влиянием Китая и Персии.

В седьмом веке король Сонгцен Гампо (617-698) женился на принцессе Трицун, дочери непальского короля Амшувармана, и на принцессе Вен Ченг Кун Чу, дочери китайского императора Танг Тай Цунга. Обе принцессы были буддистками и принесли с собой в Тибет много бесценных религиозных объектов. Самое известное и одно из самых ранних изображений Будды (Джово), было принесено в Тибет китайской принцессой. Многие ценнейшие буддийские изображения, выполненные разными искусными мастерами, появились в Тибете из Непала и Китая. В седьмом веке был построен храм Джокханг в Лхасе и другие 108 храмов Тхадул и Янгдул, в которых содержались важные религиозные объекты. Самым известным сооружением был построенный в конце восьмого века королем Трисонгом Деценем (790-858) известный монастырь Самье, богатый буддийской иконографией. Вплоть до начала девятого века короли династии Ярлунг построили множество религиозных памятников.

На ранних этапах развития искусства многие художники не были тибетцами. Но они выбирали моделей для того, чтобы рисовать буддийских учителей, а также мужские и женские божества, среди красивых тибетских мужчин и женщин. Также, согласно историческим текстам, многие прекрасные буддийские изображения спонтанно возникали из земли и из скал, и художники использовали эти чудесные образы в качестве моделей для создания буддийского изобразительного искусства. Так постепенно появился новый вид архитектуры и изобразительного искусства Тибета. В любом случае, влияние непальского, индийского, китайского и персидского искусства было очень значительным. К примеру, говорится, что при построении монастыря Самье все три этажа основного храма были созданы под влиянием искусства и дизайна трех различных стран: первый этаж в тибетском стиле, второй в китайском, а третий в индийском.

С одиннадцатого века, с появлением различных художественных школ, начался второй период развития тибетского искусства. Существовало много школ или традиций, но можно выделить шесть основных, которые преобладали в тот или иной период.

Первая школа Кадам. В одиннадцатом веке короли западного Тибета покровительствовали буддийскому искусству тибетской традиции. По географической причине эта ранняя школа находилась под сильным влиянием искусства Кашмира, на которое в свою очередь, оказало влияние восточное индийское искусство, развившееся при правлении индийских королей Гупта (четвертый – седьмой века) и королей Пала (восьмой-двенадцатый века). Этот стиль искусства присутствовал в Спити, Гуге, Пуранге и Тсапаранге.

Читайте также:  Как построить беседку своими руками

Вторая школа – Палри или Непальская школа, которая развивалась в четырнадцатом и пятнадцатом веках. Искусство Пала восточной Индии оказало влияние на Непальскую традицию. Примеры искусства этой школы можно найти по всему Тибету, особенно в монастыре Ташилунпо и в других монастырях восточного Тибета. Вплоть до пятнадцатого века Непальская школа была самой распространенной в тибетской живописи.

Третья школа Менри. В начале пятнадцатого века Менла Тхондуп, известный художник из южного Тибета, основал традицию Менри, которая вобрала в себя китайский стиль монгольского периода. Существует также вторая традиция Менри, известная как Новая Менри. В семнадцатом веке Чойинг Гьяцо, последователь школы Менри, основал свою собственную школу. Он расписывал стены храма Чокханг Шар и ступу с телом первого Панчен Ламы (1570–1662) в Ташилунпо.

Четвертая школа Кхьенри. В шестнадцатом веке Кхьенце Ченмо из Гонгкар Гангто основал новую традицию искусства. Позже эта школа слилась с традицией Новая Менри.

Пятая школа Карма Гардри. В шестнадцатом веке Намкха Траши основал свою школу, объединив традиции Менри, индийскую и китайскую.

Шестая школа Допал. В семнадцатом веке во время правления Пятого Далай Ламы (1617–1682), художники Епа Кугпа и Тулку Пагтро основали свою традицию. Школа искусств Допал, расположенная у подножия замка Потала в Лхасе, следует этой традиции.

В Тибете существует много ремесленных традиций, таких как ткачество, скульптура, резьба по дереву, работа по металлу, плотничество и тому подобное. Искусство тханка или тибетское изобразительное искусство является наиболее важным из них, как иллюстрация всех остальных. Тханки это вертикальные прямоугольные изображения, обрамленные шелком или парчой. Это священные объекты, которые вешаются на стены храмов и святых мест как объекты почитания и как поддержка в духовной практике. В наши дни тханки можно встретить как украшения в домах и отелях.

Тханки имели изначально религиозное происхождение. Первая тханка появилась в Индии и изображала Колесо Жизни, своего рода диаграмму, показывающую мир самсары и как выбраться из него. Пилигримы носили это изображение свернутым на спине и разворачивали его, когда хотели проиллюстрировать свои поучения об основных истинах буддизма.

Намного большее распространение тханки получили в Тибете, стране, в которой в течение долгого времени большая часть населения была кочевым. В кочующем Тибете было принято, что местные правители путешествовали по своим владениям, разбивали в различных местах лагеря и содержали весь свой двор в больших, богатых шатрах. Религиозные тибетские ордены переняли эту модель. Настоятели монастырей передвигались со своими караванами, одетые как короли в высокие золотые шапки и окруженные своими служителями, несущими знамена. Монахов было очень много, и они несли с собой все необходимое для полноценного религиозного учреждения. Тханки, будучи переносными, использовались как фрески. Это кочевое монашество было неотъемлемой частью тибетской духовной жизни. Одно из слов, для обозначения монастыря, гар, означает «лагерь».

Когда местные короли и землевладельцы дарили путешествующим монастырям земли и форты, те вешали свои тханки в святилища постоянных зданий. Вслед за этим расписывались потолки и колонны, разъяснялись манускрипты, рисовались большие мандалы.

Искусство тханка было семейным делом, которое передавалось от отца к сыну в процессе долгого обучения. Когда для монастыря заказывали тханку, фреску или другое украшение, художнику в работе помогали его ученики, включая сыновей. Для мастера и его подмастерьев устраивали пир, который возобновлялся за неделю до момента окончания работы. Обычно во время празднеств им дарили подарки. Расплачивались с ними товарами, такими как скот, масло, сыр, зерно в больших количествах, ювелирными изделиями или одеждой. Иногда тханки выполняли как шелковые аппликации или вышивали на шелке.

Широко распространено убеждение, что процесс рисования тханки это форма медитации. Это не так. Несмотря на то, что на тханке присутствуют религиозные изображения, большинство художников всегда были и являются светскими людьми. Как уже говорилось, искусство тханкописи передается по семейной линии. Верно также то, что художник-тханкописец обладает знаниями иконографических деталей, что легко может внушить благоговейный трепет новичку-монаху. Естественно также то, что у художника присутствует чувство глубокой почтительности к священности выполняемой им работы. Несмотря на все это, написание тханок это в большей степени ремесло, чем религиозное упражнение. Исключением является практика ньин-танг («тханка одного дня») где, как часть определенной садханы, повторяя соответствующую мантру без перерыва и без сна, монах рисует тханку за двадцать четыре часа.

Тханки рисовали на заказ к значимым событиям, на благополучие новорожденного младенца, для освобождения недавно умершего, для успешного начинания нового проекта. Часто учителя или настоятели монастырей, имеющие большую склонность к искусству, рисовали тханки, дабы прославить свою линию и показать богатство и вдохновение своей религиозной традиции.

Тханки используются как объекты поклонения, но в основном как средства для улучшения и вдохновения медитативной визуализации. Тханки вывешиваются над алтарями, которые украшены масляными лампами, благовониями и другими подношениями, а также различными ритуальными предметами. Тханки с изображениями жизни святых выставляются по случаю праздников в честь этих святых. На время ежегодных церемоний также вывешивают специальные тханки, нарисованные великими учителями определенных линий. Практикующие вешают тханки своих йидамов (избранных божеств) или гуру над алтарями в своих комнатах как постоянное напоминание об их присутствии. В Тибете традиционно вешали тханки в комнатах для формальных приемов важных гостей таких как короли, представители властей или выдающиеся духовные учителя. Иногда тханки вывешивали в залах для аудиенции местных правителей. Тханки никогда не продавались и не покупались, но меняли владельцев только будучи подаренными.

Скульптуры традиционно делались в восковых формах. Глина заливалась в восковую форму, а затем воск растапливался. Металлический отлив в глиняной форме делался обычно из чистой меди. Встречаются очень старые изображения, отлитые в колокольном металле – смеси сплавов меди, серебра и олова. После отливки, изображения золотят. Затем их, как правило, подкрашивают яркими красками. Иногда украшения божеств инкрустируют драгоценными камнями, а волосы, губы и глаза часто раскрашивают. Существует специальная «церемония открытия глаз», также как и с тханками, когда рисуются глаза божества. Статуи полые, и после того, как им «открыли» глаза, они подвергаются другой церемонии – наполнения реликвиями и мантрами. Прежде чем запечатать дно статуи в самую последнюю очередь в нее кладут немного драгоценных камней как знак богатства. Именно поэтому статуи часто ломали те, кто рассчитывал найти там драгоценности.

Как социальное явление делание статуй было сродни рисованию тханок. Искусство и профессиональные знания передавалось в семьях и через ученичество. Скульптора с подмастерьями, снабдивших монастырь новым сокровищем, кормили, одаривали подарками и платили им также как и художникам, рисующим тханки.

Существует три других вида живописи, отличающихся друг от друга своим дизайном, размером и использованием. Первый вид называется кьилкхор на тибетском или мандала на санскрите. Буквально это означает «центр и окружение». В основном это план-основание местопребывания тантрических божеств, Будд и их свиты. Каждое из божеств имеет мандалу разной формы, архитектурные детали и краски в которой символизируют различные эзотерические мудрости.

Мандалы могут быть различными по размеру: круглыми, квадратными, треугольными, и полукруглыми. Как правило, их рисуют на квадратных холстах и используют как объекты для поддержки медитации, в ритуалах и посвящениях – для чего их расстилают на алтаре. Их также можно натягивать на основу или заключать в рамки и вешать на стену. Отдельным видом тантрического искусства является песочная мандала

Мандала представляет собой полноту вселенной, где каждое божество пребывает в центре. Отношения между божеством и мандалой это отношения между одушевленным и неодушевленным. Божество это мы, а окружающая его мандала – тот мир, в котором мы живем. Обычно фигура божества в квадрате представляет божество в его дворце с четырьмя дверьми.

Основа Тантры заключает в себе фундаментальные буддийские поучения, поэтому разные детали дворца представляют то, что в буддизме называется «тридцать семь факторов просветления» – это шаги, ведущие к просветлению, включая и начиная с Четырех Благородных Истин, которые представлены четырьмя дверьми. Тантрический практик использует различные детали мандалы – метафорического дворца для того, чтобы запомнить тридцать семь факторов просветления.

Почти все тантрическое искусство содержит всю систему поучений и мандала не исключение. Более того, мандалу окружает внешний круг. Сродни представлениям современных европейцев, тантрический буддийский взгляд, существующий уже более полутора тысяч лет, описывает вселенную как сферу, а этот внешний круг в действительности обозначает сферу вселенной. Так тантрическое искусство представляет не сугубо буддийские учения и космологию, но мир и вселенную в целом.

Второй вид это цакли. Цакли это миниатюрные рисунки вертикальной прямоугольной формы. На них изображаются в основном фигуры различных божеств, а также священные атрибуты и объекты. Прежде всего, они используются в церемониях посвящений для передачи буддийских эзотерических способностей. Их хранят на алтарном столике или на мандалах. Их также можно заключить в рамку и повесить на стену.

Третий вид это кьянглха, настенный рисунок или фреска. Они могут быть различных цветов и обычно рисуются прямо на стенах, иногда на холсте, который потом крепится к стене. Они в основном квадратные по форме, и покрывают большинство пространства стен в храмах и святилищах.

Во всех формах тибетского искусства существуют строгие и творчески систематизированные схемы, которым должны соответствовать иконы. Каждая из фигур священного искусства имеет четко определенный набор размеров, форм, цветов, позиций, жестов, символов и значений.

ИНТЕРНЕТ-РЕСУРСЫ ПО ТЕМЕ:

http://www.tibetart.com – онлайн-галереи тибетского искусства тханка

Буддийское искусство Танка – страница художника Николая Дудко

ТИБЕТСКАЯ ЖИВОПИСЬ*

Автор: Рерих Юрий Николаевич

16 августа исполняется 108 лет со дня рождения Юрия Николаевича Рериха — известного учёного-востоковеда и лингвиста. В 1925 году в Париже была опубликована его первая научная работа «Тибетская живопись», которая до настоящего времени является основным трудом по буддийской иконографии.


Манджушри (Бодхисаттва Мудрости). Танка. XIX в. Из коллекции засл. деятеля искусств Калмыкии И.Г. Ковалёва


Будда Шакьямуни. Танка. XVIII в. Из коллекции засл. деятеля искусств Калмыкии И.Г. Ковалёва


Дзонкапа. Танка. XIX в. Из коллекции засл. деятеля искусств Калмыкии И.Г.

Только недавно началось систематическое изучение буддийского искусства. Благодаря раскопкам и научным исследованиям. мы обладаем некоторым количеством бесценных фактов, которые дают нам возможность воссоздать обширную область буддийского искусства. Правда, ещё невозможно написать историю искусства буддизма на всех его этапах в различные эпохи. Эту гигантскую работу ещё предстоит проделать, и мы можем только надеяться, что будущие исследования в этой области облегчат задачу учёного. Но хотя полная история буддийского искусства ещё только должна быть написана, мы уже сейчас можем утверждать единство его эволюции. Сколь бы ни были различны локальные влияния, но образцы, созданные соединёнными усилиями эллинистического гения и индийского духа, озарённые учением Будды, сохранили свою неповторимость и через века — от караванных стоянок в пустынях Китайского Туркестана до острова Ява. В самом деле, вызывает большое удивление, что высокое учение Гаутамы Будды, который основал монашеский орден, стремящийся в этом мире к чему-то вроде идеального коммунизма, смогло стать причиной подъёма искусства, которое полновластно показало себя на просторах Азии. (. )

Высокогорные хребты, со всех сторон окружающие плоскогорье Тибета, не остановили проникновения иностранных влияний. В ранние дни тибетской истории торговые пути из Тибета на равнины Индии проходили через запад страны. По этим путям, часто не больше узкой горной тропы, индийские художественные традиции достигали Тибета. Буддийские миссионеры, приехавшие в страну в VII веке, привезли с собой первые священные изображения. Эти изображения, вероятно, служили для иллюстрации их проповедей и содержали наиболее важные образы буддийской иконографии, а именно: образы Просветлённого, главнейших Бодхисаттв и образы, представляющие сцены из легендарной жизни Учителя. Знаменательно, что именно в этих образах мы видим сильнейшее индийское влияние. (. )

С древнейших времён Тибет находился в тесном контакте с его южным соседом Непалом. Непальское изобразительное искусство постоянно влияло на тибетские представления о красоте. Посредством этого искусства тибетские художники познакомились с традициями фресок Аджанты. В XIII и XIV вв. влияние непальского искусства достигло своего пика и даже проникло к китайскому императорскому двору. Непальские художники славились своим мастерством, их часто приглашали в крупнейшие монастыри Тибета. (. )

Кроме индо-непальского влияния с юга, тибетское искусство испытывало и другие. Тибет всегда был в тесном контакте с регионом Хотан в Китайском Туркестане, и нет сомнений, что хотанские произведения нашли дорогу в Тибет и оказали влияние на его искусство. Характер этих художественных произведений крайне неоднороден, в них до сих пор сохраняются следы индийского прошлого. Эти произведения принадлежат к тому сложному миру, который был создан в Центральной Азии благодаря контактам нескольких наций. (. )

Около X века, когда мусульманство распространилось по Центральной Азии, неся разрушение древним буддийским поселениям вдоль великих караванных путей, множество монахов Туркестана нашли убежище в монастырях Тибета и принесли с собой традиции каждый своей местности. Китайское искусство никогда не оказывало сильного влияния на искусство Тибета, и, напротив, некоторые иконографические пособия, изданные во время династии Мин, ясно показывают доминирование непало-тибетского влияния. В XVII – XVIII веках китайское влияние ярко проявляется в декоре и орнаментации. (. )

А сейчас давайте нанесём визит в мастерскую тибетского живописца и посмотрим на процесс его работы. Но прежде чем начать наше описание, мы должны будем сделать несколько предварительных замечаний общего характера. Поразительно, что религиозное искусство всех стран, от высокогорья Тибета до средневековых мастерских итальянских художников раннего Возрождения, создало аналогичные методы и, что ещё более поразительно, сходную атмосферу работы. Для лучшего понимания и восприятия тибетской религиозной живописи (поскольку искусство Тибета полностью религиозное) знание условий, в которых протекает работа тибетского художника, весьма существенно. В Тибете нет большой школы, где бы воспитывались будущие художники, но, подобно Италии эпохи Возрождения или Древней Руси, у каждого мастера есть несколько учеников, которые живут с ним и помогают ему в работе. Так было в древности, и сходный обычай продолжает существовать в Тибете по сей день. Художников всегда много в крупных центрах религиозной жизни, таких, как Таши-Лунпо или любой из больших желтошапочных монастырей в окрестностях Лхасы, где всегда идёт обширная оформительская работа.
В штат служителей далай-ламы Лхасы и таши-ламы всегда входят художники. Очень редко бывает так, что тибетский художник долгое время остаётся на одном месте. Обычно он путешествует из одного места в другое, работая в домах богатых мирян или выполняя фрески в каком-то большом монастыре. В своих странствиях он посещает многие отдалённые места Тибета, знакомится с локальными стилями и, в свою очередь, привносит в местное искусство что-то из своего собственного стиля. Так скитальческий образ жизни тибетского художника может рассматриваться как одна из причин сходства произведений искусства, созданных в разных областях Тибета. (. )

В таких местах, как Нартан около Шигацзе или в одном из больших центров книгоиздания в Дердже, иконографические коллекции отпечатывались чёрной или красной тушью, давая только контур, но не цвета. Эти напечатанные рисунки широко используются художниками Тибета и известны под ремесленным названием «цагпар», буквально означающим «точечная печать». Мы называем этот тип печатных рисунков переносом (трансфер). Рисунки, напечатанные в Дердже, существенно лучше по исполнению, а линии их чётче, поскольку печать Дердже осуществляется
с металлических плат.

Этот вид рисунка накладывается на поверхность, на которой будут писать картину, затем берётся игла, которой художник проходит по контуру. Эти точечные линии, получившиеся таким образом на поверхности картины, затем обрисовываются красной или чёрной тушью. Любопытно, что точно такой же метод был распространён среди русских иконописцев. Широкое обращение к методу переноса привело к тому, что в Тибете почти невозможно найти одарённого рисовальщика, способного создать образ собственноручно. Очень редко может быть найден опытный рисовальщик, и в этом случае всегда существует опасность, что образ, созданный им, не будет каноническим во всех своих деталях, потому что один человек практически не в состоянии запомнить все бесчисленные детали тибетской иконографии. Практика работы переносом создала неизменный стиль рисунка, и мы напрасно будем искать в тибетском изобразительном искусстве индивидуальный росчерк кисти китайского художника. Мы уже указывали, что основное значение тибетской живописи состоит в богатстве её цветов и её декоративные возможности трудно переоценить.

Наиболее характерные произведения тибетского изобразительного искусства — это так называемые тханки, что обычно переводится как «знамя». Эти тханки в большом количестве можно найти в храмах и частных домах. Их всегда несут в религиозных процессиях и часто используют для иллюстрации религиозной церемонии. Странствующие ламы иногда возят с собой хорошую подборку этих картин, которые помогают им при проповеди, — поскольку искусство и в Тибете, и в других странах ламаизма было и остаётся тесно связанным с пропагандой учения Будды.

Кроме живописных знамён, тибетский художник создаёт фрески, иногда очень большого размера и крайне сложной композиции. Нам довелось увидеть некоторые фрески, выполненные современными тибетскими художниками в монастырях Сиккима, и мы рады констатировать, что старая традиция до сих пор жива. Рисунок этих фресок часто свидетельствует об опытной руке, а их цветовая гамма нередко поразительна. Тибетского художника часто приглашают оформить детали интерьера как храмов, так и частных домов, храмовые алтари, а также церемониальные трубы ламаистских храмовых ритуалов. Маски, использующиеся во время религиозных танцев, также украшаются художниками; и на внешних стенах зданий иногда можно найти яркую живопись. Для последней художник использует особый вид орнаментации, отходящий от чисто религиозного: священные символы, свастика, Колесо Закона и обильное изображение цветов доминируют в этом декоративном мотиве.

После этих очень кратких замечаний давайте по
дробнее рассмотрим сам процесс создания тибетской картины. Мы убеждены, что читатель простит нам, если мы ещё немного задержимся на данном вопросе, поскольку мы уверены, что визит в мастерскую тибетского художника очень поможет нам в наших целях.

Читайте также:  Как наточить затупившийся нож для мясорубки

Художник — это обычно лама, более или менее сведущий в священных текстах. Свою работу он сопровождает постоянным чтением молитв. Предписания для художников, находящиеся в Канджуре, говорят, что он должен быть священнослужителем хорошего поведения и сдержанных манер, знающим священные тексты. Священный образ может быть написан только в чистом месте, и поэтому мастерская художника всегда сравнительно чистая. Сам художник обычно сидит на земле, держа картину на коленях. Вокруг него располагаются ученики, которые готовят краски и удовлетворяют различные нужды мастера. Иногда какой-нибудь успевающий ученик помогает учителю в его работе, раскрашивая контуры фигур, нарисованных мастером.

В Тибете живопись обычно пишется на шёлке или другой тонкой ткани, которая натягивается на раму. После того как шёлк натянут, он покрывается толстым слоем смеси клея и мела, который затем лощится гладкой стороной раковины. Когда это закончено, то красной или чёрной тушью наносятся контуры фигур. Монгольские художники часто вместо шёлка используют кожу.

Работа продвигается очень медленно, потому что даже самые мелкие детали орнамента должны быть внимательно проработаны, прежде чем начнётся наложение цвета. Сделать ошибку в пропорциях тел, которые указаны в иконографических руководствах, считается великим грехом. Иногда присутствует другой лама, который должен читать вслух молитвы, пока художник работает. И столь интенсивна религиозная атмосфера, окружающая создание картины, что лик Будды или Бодхисаттвы предпочитают рисовать по определённым священным дням. Пятнадцатый и тридцатый дни каждого месяца в Тибете считаются сакральными, и художники обычно рисуют черты лица на пятнадцатый день месяца, а в цвете его дела­ют на тридцатый.

После того как рисунок закончен, художник переходит к живописи, декоративные тенденции которой мы уже установили. Тот, кому известны методы, применяемые русскими иконописцами, без труда обнаружит большое сходство между двумя методами. В самом деле, кажется, что русская иконопись и тибетское изобразительное искусство позаимствовали свои методы работы из общего источника.

В Тибете опытный рисовальщик редко бывает хорошим живописцем и, точно так же, прекрасный живописец редко бывает умелым рисовальщиком. Обычно рисовальщик делает контур, а живописец наносит на него цвета. Это разделение обязанностей также обнаруживается у русских иконописцев, вследствие чего они всегда странствовали небольшими группами. Как и в случае с тибетским художником, русский иконописец, прежде чем начать живопись, покрывал доску сходной смесью мела и клея (смесь эта носит техническое название «левкас»), которая затем полировалась. Также сходен сам процесс написания картины: сначала рисунок, проработанный в каждой детали, а затем цвета. В обоих случаях эскиз не делается. Всё рисуется согласно твёрдо установленным каноническим правилам: сначала главные фигуры, затем окружение, небо, холмы, деревья и т.д.

Сравнительное изучение можно провести дальше, поскольку даже в композиции мы находим общие элементы. Так, мы часто видим на тибетских картинах главную фигуру сидящей на троне посреди острова (так обычно бывает, когда изображается Будда или Бодхисаттва). Подобные образы мы часто находим на русских иконах, где остров бывает заметным элементом пейзажа. В свою очередь, пейзажи, особенно в способе изображения гор, скал и облаков, подобны в обеих изобразительных традициях. В настоящее время трудно детально описать художественные методы Тибета, потому что каждый художник ревностно охраняет свои собственные секреты работы. В Тибете существует некоторое количество художественных руководств, в которых многие детали могли бы представить большой интерес для сравнительного исследования. Среди этих руководств одним из главнейших является так называемое «Вайдурья Серпо»; говорят, Пятый Гьялба Тибета составил ряд трактатов по искусству.

Мы уверены, что если бы эти тексты можно было перевести и прокомментировать, то были бы обнаружены дальнейшие яркие аналогии между русской иконописью и тибетской живописью, поскольку русская икона сохранила многие художественные традиции Востока. Общепринято, что русская иконопись своим происхождением обязана Византии. Это исторически верно, но не стоит забывать, что византийское искусство, особенно позднейшего периода, было, по существу, восточным и что через Византию на Древнюю Русь проникали индо-персидские влияния. Затем пришло монгольское иго. и насильно поставило Русь лицом к лицу со всей Средней Азией. Кроме разрушений и войны, монголы принесли с собой цветовую палитру восточного искусства и привнесли в русское религиозное искусство новые мотивы, восточное происхождение которых нельзя отрицать. (. )

Завершая это вступление, будет полезно сделать несколько общих замечаний относительно иконографии. Изображённые на картинах божества окружены нимбом и ореолом. Эти нимб и ореол пишутся различными цветами, и будет интересно выяснить, существует ли взаимозависимость между божеством и сочетанием цветов его нимба и ореола. Как правило, внутренний круг ореола тёмный, очень часто синий, покрытый золотыми лучами; внешний круг часто пишется красным или сиреневым.

Обычно божества изображаются стоящими или сидящими на лотосовом троне, символизирующем их божественное происхождение.

Буддийская иконография знает несколько типов поз, или асан, в которых божества представлены на картинах. В одной из этих поз мы видим божество сидящим по-индийски со скрещенными ногами. Это поза Будды, для её обозначения используется несколько наименований в соответствии с типом трона, на котором божество сидит: падмасана — лотосовый трон, ваджрасана — алмазный трон, симхасана — львиный трон.

Ещё одна поза, которая считается особенно распространённой среди Бодхисаттв, — это махараджалила. Когда божество представлено в этой позе, оно сидит на троне, опустив правую ногу вниз. Иногда божества сидят по-европейски. Считается, что эта поза характерна для Бодхисаттвы Майтрейи и символизирует то, что Бодхисаттва готов сойти с трона и уже опустил ноги, чтобы явиться в мир.

* Отрывки из предисловия к книге Ю.Н. Рериха «Тибетская живопись» (пер. с англ. А.Л. Барковой). М.: МЦР, 2001.

Пять цветов Тибета. Часть 2 (27 фото)

  • Количество просмотров 2511

Когда перед вашими глазами неожиданно открывается гладь огромного озера, окруженного снежными вершинами, вы понимаете, что такая картина навсегда у вас останется в памяти.

Потала

Как и многое в этом городе, резиденция Далай-лам была заложена тибетским королем Сонгцен Гампмо в 7 веке. Но в замок Далай-ламы переехали только спустя 9 веков. После того как королевство распалось на множество княжеств, только при пятом Далай-ламе произошло объединение государства в единое целое в 17 веке.

С тех пор Далай-ламы занимают пост верховного правителя “крыши мира” – удивительного и уникального сочетания религиозного и государственного лидера. Поэтому сама Потала сооружена как комплекс, предназначенный одновременно и для религиозных, и для мирских дел. Здесь это не переплетено, здесь это воспринимается как органичное целое.

Бело-коричнево-оранжевее здание, похожее на замок, находится на так называемом “Красном Холме” – доминирующей высоте в Лхасе, и возвышается над городом, как бы уносясь в голубое небо. Каждый из трех ярких цветов Поталы был четко предназначен для разных целей: в белой, доминирующей части замка, находились правительственные помещения и личные комнаты монахов и чиновников; коричневая предназначалась для религиозных церемоний и была домом приемов и жизни самого Далай-ламы; небольшая оранжевая – символизировала место нахождения родственников верховного правителя Тибета.

Стены Поталы укреплены тонко нарезанными и спрессованными деревянными прутьями – они служат своего рода утеплителем помещений, а полы сложены из цельных мраморных камней, равнять и шлифовать которые приходится до сих пор вручную.

Сейчас в Потале – замке-храме из 1000 комнат, для посещений открыта лишь центральная часть. Всего в огромном комплексе сейчас живет только 40 монахов, хотя службы сейчас не ведутся. Они помогают поддерживать молитвенные комнаты в порядке и, как мне показалось, своими молитвами пытаются как бы духовно “проветривать” помещения от многочисленных и громких толп туристов. Многие из них сидят в комнатах, открытых для посещений туристами, и читают мантры, не обращая никакого внимания на проходящих посетителей. Им здесь есть о ком беспокоится.

В Потале под самой крышей хранятся ступы с прахом большинства Далай-лам. Грандиозность ступ – количество золота и камней – зависит от того, сколько денег пожертвовали тибетцы для ее сооружения – как следствие уважения к личности конкретного Далай-ламы. В большинстве своем ступы грандиозные, особенно поражает размерами ступа 5-го Далай-ламы, но есть и совсем скромные. Тем не менее, учитывая, мягко говоря, скудность жизни рядовых тибетцев, приходилось удивляться роскоши ступ, которой могли позавидовать и египетские фараоны.

В большом зале приемов, где Далай-ламы читали молитвы и разговаривали с верующими, вам покажут трон, на котором восседали практически все Далай-ламы. Обычно они предпочитали даже в своей летней резиденции каждый строить под себя отдельный деревянный домик, но здесь было место, которое их точно объединяло – главный трон верховного правителя Тибета. Он возвышается над полом метра на полтора, чтобы ни у кого не было шансов находится выше Далай-ламы, когда он ведет прием.

Рисунки Будд на стенах, цветные колоны, сумрак, неровный пол, запах сандаловых палочек, конечно, создают свою атмосферу. Но вам не удастся здесь задержаться. Не только потому, что вокруг много громких китайских туристов и поневоле ускоряешь шаг в попытке от них оторваться, но и потому, что пребывание во внутренних помещениях Поталы со всеми его капеллами, гробницами, залами, храмами ограничено одним часом – просто 60 минут, а дальше – на выход. Сам замок сегодня практически пуст, а ощущение от того, что такое огромное пространство предназначалось не только для визитов туристов, промелькнет у вас, когда вы будете покидать главный дом Далай-ламы, которого здесь нет.

Летом в Потале достаточно прохладно, поэтому Далай-ламы облюбовали себе неподалеку летнюю резиденцию – Норбулинка.

В Лхасе есть еще как минимум три монастыря, которые стоят вашего времени.

Джоканг

Храм построен в 5-7 веках уже известным вам тибетским королем Сонгцен Гампо. Одна из трех его жен – китайская принцесса – привезла в Джоканг прижизненную статую Будды-настоящего – Шакьямуни, которая и поныне здесь хранится.

Во время его посещения вас не покинет ощущение прохождения сквозь стену времени: древние, нетронутые реконструкциями стены, деревянные перекрытия, запах времени, впадины времени в стенах и на полу. Здесь ничего изменилось за 15 столетий, и вы кожей можете почувствовать дыхание раннего средневековья. Вы подходите в предвкушении увидеть главную святыню. Она за решеткой. Вы всматриваетесь в относительно небольшую золотую статую Шакьямуни, и вдруг. Как бы пелена времени прерывается.

Местный монах, гремя ключами и безо всякого пиетета, открывает решетку, и вслед за ним мельтешит семейство тибетцев с младенцем на руках, которых мы встретили на входе. Они быстро начинают совершать маленькую кору вокруг статуи, в то время как монах деловито и обыденно начинает наносить на золотые щеки Будды мазки кисточкой. Оказывается, что за 600 юаней (100 долларов) каждый тибетец может купить право нанести золотую краску – так сказать, обновить прижизненную статую Шакьямуни и совершить кору.

С крыши монастыря открывается чудесный вид на Поталу и на весь город. И здесь продаются самые изящные освященные тибетские сувениры.

Дрепунг

В отличие от других монастырей, здесь вы не встретите толп китайских туристов. Мы видели только одну китайскую парочку. Зато у входа во все большие храмы монастыря вы только здесь увидите китайских полицейских. За монастырем, в котором ранее находились 10000 монахов и который считался самым большим духовным центром Тибета, у китайских властей закрепилась слава “ненадежного”. Якобы монахи поддерживали попытку тибетского восстания в 2008 году.

Сейчас здесь живут всего 600 монахов, но это самое большое количество для всех тибетских монастырей (китайские власти ввели ограничения на рост численности монахов). Китайцы помогли восстановить монастырь, серьезно пострадавший после культурной революции. Он один из немногих, где сохранились кельи монахов-отшельников. Мы посещали Дрепунг днем, и монахов практически не было видно.

В монастыре чувствуешь себя спокойно, размеренно и как-то уверенно.

В небольшом и самом сокровенном храме возле скульптуры Майтрейи, или Будды-будущего (самого почитаемого всеми тибетскими школами), мы вместе с тибетцами стали участниками церемонии благословения. Нам дали испить маслянистой водицы и попросили провести увлажненными руками себе по голове. Нам показали, как пройти под главной реликвией – огромной мандалой Шакьямуни, которая хранится в специальном длинном – метров 60 – деревянном ящике, и мы тщательно исполнили обряд. Мандалу раскрывают и вывешивают на скалах монастыря только раз в году.

Здесь есть храм защитника от невежества – Ямантаки – страшного божества, на стенах которого вы увидите кольчуги и старинные копья.

Из всех монастырей, которые мы посетили в Тибете, именно Дрепунг произвел самое яркое впечатление на каждого из нас.

Здесь как бы все по-настоящему: старик, сидящий у стены молитвенной комнаты, монах с двумя зубами, улыбающийся нашему гиду, рисунки лестниц на скалах, уходящих в небо, кельи монахов, в сторонке бродящих по улочкам, огромная кухня для приготовления еды монахам с чанами столетней давности, невероятная простота и непоказушность (здесь нет дорогих сувениров – только простые и по делу).

Мы так насытились этим посещением, что замолчали надолго и, уже практически не чувствуя ног, поехали в монастырь Сера.

Сера

Монастырь Сера в свое время соперничал с Дрепунгом. И внешне соперничество продолжается. Сейчас тут 400 монахов – тоже много, как для нынешнего времени.

Главная местная святыня – скульптура бодхисатвы Авалокитешвары (бог, смотрящий вниз). К нему идут тибетцы с детьми, которым в результате церемонии монах измажет носик сажей – защита и благословение. Здесь также побьют по спине – только камнем, и покажут библиотеку с ручным печатным станком.

Во многих храмах, и в Сера в частности, мы видели уникальные по своей недолговечности и красоте украшения, сделанные из масла. Их создание требует особых усилий, усидчивости и внимательности, но они достаточно быстро тают в храмах, как бы символизируя этим бренность всего земного, включая даже такую красоту.

В монастыре мы присутствовали на короткой послеобеденной молитве монахов в общем зале, это было очень трогательно. Гортанная молитва, желтые шапки, разные по возрасту и восприятию происходящего монахи, только что закончившие непритязательную трапезу. И это все на твоих глазах, вы даже можете посидеть совсем рядом. Через полчаса монахи пришли в специальный дворик для диспутов. В окружении туристов, сидя на гальке под роскошными деревьями, они спорили.

В Лхасе мы наконец договорился с нашим туроператором о замене задумчивого и медлительного микроавтобуса на два джипа. С доплатой, конечно. Поэтому путь дальше ускорился раза в два, и мои спутники были рады этому форсажу.

Озеро Ямдрок Цо

Переезды в Тибете таят в себе неожиданности.

В принципе, вам нигде не будет грустно, может показаться монотонно, однако это просто замедление. Но когда перед вашими глазами после длинного подъема неожиданно открывается гладь огромного озера, окруженного снежными вершинами, вы понимаете, что такая картина навсегда у вас останется в памяти. Это ощущение покоя и необсуждаемой величественности гор сопровождало меня на всем пути в Тибете и очень помогало в трудные минуты. Горы как бы наполняли изнутри, чтобы было на что опереться.

На перевале (5100 м) нас ждала фотосессия на фоне священного озера Ямдрок Цо. Местные жители привели яков, маленьких козочек и огромных собак в качестве декораций. Отказать себе в удовольствии сфотографироваться рядом с ними сложно.

Кстати, у тибетцев есть такая привычка: когда с ними торгуешься, в какой-то момент они могут сказать – в первую очередь женщины – “бери бесплатно”. При этом говорят они спокойно, не шутя, и реально от тебя уходят, оставляя сувенир у тебя в руках. Не знаю, как с другими, но со мной срабатывало – дальше торг был уже неуместен.

Дорога после перевала еще часа два шла вдоль озера, пока мы не остановились на развилке у очередного села прямо на берегу озера. Казалось бы, должна быть рыбачья деревушка, но здесь вы не найдете ни рыбаков, ни рыбачьей утвари. Хотя рыба в озере есть. Тибетцы ее не едят: это живые души. Одна рыбка может накормить одного человека. И их надо убить много. Другое дело огромный як – он один может накормить сто человек, поэтому они и едят мясо яков. Зато на этой стоянке мы увидели старинную кухонную тибетскую утварь – серебряные чайники столетней давности, чаши и тарелки. Пришлось купить.

Гьянтзе

Монастырь в Гьянтзе уникален. Это единственное место, где в одних стенах жили и молились три тибетские секты – потому что так сказал местный король. Он построил здесь монастырь и огромную крепость в 1416 году.

Крепость в начале 20 века без труда взяли британские войска, расстреляв множество плохо вооруженных тибетцев. Генерала, одержавшего победу, справедливое британское правительство вскоре разжаловало за убийство безоружных людей, и он увлекся буддизмом: стал одним из ярких его пропагандистов на Западе.

А из трех сект до наших времен в монастыре остались жить две – желтых и красных шапок. В храмах двух сект, которые стоят рядом, и атмосфера, и ощущения от увиденного разнятся. Даже не вникая в суть различий между двумя сектами, вы это увидите и почувствуете.

Гелуг – так называемые желтошапочники – самая популярная из них в Тибете, все Далай-ламы – сторонники этой секты. Она уделяет большое внимание монастырской практике и диспутам. Сакья и кагья – красношапочники – сторонники тантрической школы буддизма, которые много времени уделяют медитации. За время путешествия мы не видели монахов других сект, хотя все они есть в Тибете, даже включая бонбо – смесь древнего тибетского шаманизма и буддизма. Для посещения этих храмов надо было бы прокладывать отдельный и длинный маршрут…

Еще в монастыре Гьянтзе находится удивительная ступа – Кумбум – единственная в местных краях, по которой можно взобраться наверх. Обычно кору совершают, обходя ступы, а здесь ее делают, обходя по широкой винтовой лестнице вверх и проходя через многочисленные молитвенные комнаты со статуями Будд прошлого, настоящего и будущего (всего комнат 108). Сверху открывается прекрасный вид на весь город.

Пообедав в местном ресторанчике, мы отправились в сторону горы Кайлаш. Как потом оказалось, это был последний нормальный обед на несколько дней вперед.

Читайте продолжение Пять цветов Тибета. Часть 3

Присоединяйтесь также к группе ТСН.Блоги
Следите за обновлениями раздела!

Ссылка на основную публикацию